Мосин vs Nagant. История русской винтовки (Часть I)

Мосин vs Nagant

История отечественного стрелкового оружия всегда оставалась темой достаточно закрытой. Недостаток информации и литературы вызывал рождение легенд, слухов, домыслов, да и просто откровенной лжи. Не избежала этой участи отечественная винтовка Мосина образца 91/30 года, хотя история ее принятия на вооружение достаточно известна и неоднократно рассказывалась в печати.

Особенно ей досталось в постсоветский период, когда разного рода «исследователи» считали своим долгом посильнее пнуть заслуженного ветерана и ее конструктора ради высосанных из пальца сенсаций, тем более что в большинстве случаев живьем винтовку можно было увидеть за стеклом витрины музея, на картинке в книге или фотографии в журнале.

В наше время, когда можно легко купить ММГ основных образцов стрелкового оружия России/СССР, а при наличии пятилетнего гладкоствольного стажа стать законным владельцем винтовки Мосина, достоверной информации прибавилось мало, да и она противоречива, ясности не добавляет. Многие моменты истории винтовки Мосина остались «за кадром». Например, какой патрон изготовил Роговцев, и был ли он автором трехлинейного патрона; почему проиграла, а затем выиграла трехлинейка у винтовки Нагана; откуда вдруг взялся «Моссин», когда было первое применение винтовки обр. 91, и т.д.

Французская винтовка «Лебель» Mle1886 – «катализатор»
 всемирного перехода армий на бездымные пороха и оружие уменьшенного 
калибра
Французская винтовка «Лебель» Mle1886 – «катализатор» всемирного перехода
армий на бездымные пороха и оружие уменьшенного калибра

Наверное, надо начать с новой «продвинутой» теории о неких изменениях (полных «сакрального смысла» и понятных только «посвященным»), происшедших с настоящей фамилией Сергея Ивановича после его кончины. Или с других, более интригующих «достоверных данных» о том, что «уже при Советской власти», дескать, «кому-то понадобилось русифицировать» некоего иноземца Моссина (но почему-то с русским именем и отчеством) в русского Мосина, снести его надгробие с настоящими ФИО и так далее. Идея с двумя «с» упала на благодатную почву, и уже в околооружейной прессе замелькало «продвинутое» «Моссин».

Самое смешное, что в дореволюционной прессе «С.И. Мосин» так и пишется – «С.И. Мосин», причем Сергей Иванович наверняка об этом догадывался – до нашего времени дошла масса прижизненных материалов с упоминанием фамилии создателя трехлинейки. Действительно, существуют статьи 1880-х годов с упоминанием Моссина и официальный документ о вручении С.И. Моссину Большой Михайловской Премии. Это факт. Как и то, что во французском языке слово «Mosin» с одним «s» будет произноситься «Мозин», и только две буквы «ss» дадут искомое «Мосин». Кажется, не стоит удивляться, что во второй половине XIX века при очередном светском увлечении в России всем французским и при активном сотрудничестве между этими странами, ставшими в 1892 году к тому же военными союзниками, фамилии и слова писали и произносили,следуя моде или нормам делопроизводства.

Пожалуй, стоило бы заняться поисками «сермяжной» правды в архивах, словарях и учебниках на предмет правил написания дворянских и обывательских фамилий в XIX веке. Однако в дореволюционной прессе и так мелькают Снессарев (кстати, коллега Мосина, член Комиссии), Моссолов, Гочкисс, тоже впоследствии «потерявшие» по одной букве в фамилиях, а Моссин и Мосин мирно соседствуют на одной странице «Оружейного Сборника». В тех же архивах можно найти фотографии «пропавшего» надгробия С.И. Мосина, выполненного по проекту архитектора Г.И. Прибыловского.

История появления С.И. Мосина в Туле достаточно случайна. В 1874 году после долгих мытарств его престарелый отец нашел приют в имении Арсентьевых, богатых помещиков Тульской губернии. Сергей Иванович, окончив Михайловскую Артиллерийскую Академию по 1-му разряду, принял решение искать место службы поближе к родителю. Его выбор остановился на Тульском Оружейном Заводе, где вскоре он был назначен начальником Инструментальной мастерской – важным подразделением завода. При непосредственном руководстве Мосина на ТОЗе была разработана технология заводского получения дамасской стали для стволов охотничьего оружия.

Как конструктор С.И. Мосин впервые был отмечен на конкурсе 1878 года на лучший прибор для выверки прицела винтовки обр. 1870 года, в котором участвовал вместе со знаменитым конструктором и теоретиком стрелкового вооружения В.И.Чебышевым и А.В. Куном – будущим начальником ТОЗа. В 1881-82 годах Мосин являлся членом комиссий, назначенных для оценки механического оборудования Сестрорецкого и Ижевских оружейных заводов.

К этому периоду относятся и первые работы С.И. Мосина по разработке магазинных систем для военного оружия. А в 1883 году Мосин вошел в состав Особой Комиссии по выработке новых образцов стрелкового вооружения при только что организованной Офицерской Стрелковой школе в Ораниенбауме уже как известный конструктор, технолог и ведущий специалист в области стрелкового вооружения.

Продольно-скользящий затвор и коробка винтовки 
Бердана №2. Идеологическим преемником этой системы, прослужившей верой и
 правдой почти до конца первой Мировой войны, и стала система С.И.Мосина
Продольно-скользящий затвор и коробка винтовки Бердана №2.
Идеологическим преемником этой системы, прослужившей верой
и правдой почти до конца первой Мировой войны,
и стала система С.И.Мосина

Взяв за основу прикладный магазин австрийца Шульгофа, Мосин создает собственную схему прикладно-реечного магазина для винтовки обр. 1870 года (Бердана № 2). Не останавливаясь на достигнутом, Мосин проектирует новый затвор и ствольную коробку, т.е. новую винтовку под штатный 4,2 лин. патрон, которая и была признана Особой Комиссией «новым типом ружья и вполне достойной того, чтобы быть принятой на вооружение». Таким образом, ранние винтовки Мосина не являлись некими «проходными» образцами: модификация 1886 года была рекомендована к производству серией 1000 штук для широких войсковых испытаний.

Винтовки 1885 и 1888 годов (обр. 1888 года – уменьшенного калибра, под 3,15-лин. патрон Роговцева) не стали тем оружием, которым перевооружили армию – наступило время совершенно других систем и калибров, но на этих винтовках конструктором совместно с Комиссией были найдены решения и идеи, впоследствии нашедшие применение в русских трехлинейных винтовках. В частности, по рекомендации Комиссии, С.И. Мосиным были увеличены зазоры между деталями затвора и между затвором и коробкой по результатам «мокрых тестов» на заржавление и испытаний на загрязнение. Следовательно, «разболтанность» затвора винтовки обр. 91 года не прихоть или недоработка конструктора, а именно решение проблемы надежности при затрудненных условиях эксплуатации армейского оружия, что подтвердило время и последующие разработки отечественных конструкторов. Справедливости ради надо отметить, что увеличенные зазоры между коробкой и затвором были предложены еще Х. Берданом для русской винтовки обр. 1870 г.

Опытная винтовка с прикладным магазином капитана 
Мосина обр. 1885 г. под 4,2-линейный патрон. Ствольная коробка усилена 
перемычкой, отсутствие которой на винтовке обр. 1891 г. ставилось в вину
 конструкторской «недальновидности» Мосина.
Опытная винтовка с прикладным магазином капитана 
Мосина обр. 1885 г. под 4,2-линейный патрон. Ствольная коробка усилена 
перемычкой, отсутствие которой на винтовке обр. 1891 г. ставилось в вину
 конструкторской «недальновидности» Мосина.
Опытная винтовка с прикладным магазином капитана Мосина обр. 1885 г.
под 4,2-линейный патрон. Ствольная коробка усилена перемычкой,
отсутствие которой на винтовке обр. 1891 г. ставилось в вину
конструкторской «недальновидности» Мосина.

Эксплуатация и испытания 4,2-лин. винтовок Мосина выявили необходимость увеличения длины рукоятки затвора и изменения ее места расположения – при работе затвором часто случались задержки, вызванные попаданием рукава гимнастерки или шинели между стеблем затвора и коробкой. На винтовке обр. 1885 г. несложно заметить усиливающую ствольную коробку перемычку, до которой, по словам «исследователей», смогли додуматься, и реализовать в своих винтовках все, кто угодно: Маннлихер, Наган, Маузер, но только не Мосин.

Один из мифов как раз связан с тем же периодом: французы якобы предлагали Мосину купить у него патент на магазин и затвор его трехлинейной винтовки. Предлагали, такой факт действительно был, документ с «бизнес-предложением», характеризующий Мосина как крайне бескорыстного человека, был найден после смерти Сергея Ивановича в его письменном столе. Но только предложение о покупке прав относится к 1885 году, еще задолго до появления винтовки обр. 91 года. Фирма H. Ricter предлагала С.И. Мосину 600000 франков за использование в винтовке Гра его прикладно-реечного магазина.

Экспериментальный 3,15-линейный (8 мм) патрон Роговцева на базе 
гильзы от винтовки Бердана №2
Экспериментальный 3,15-линейный (8 мм) патрон Роговцева
на базе гильзы от винтовки Бердана №2

С начала 80-х годов 19 века стало очевидно, что необходим переход на уменьшенные калибры для армейского стрелкового оружия, что винтовки под патрон со свинцовой пулей и дымным порохом не могут выполнять задачи, диктуемые войной того времени. Малая настильность, точность и плотность огня. небольшой носимый боекомплект (в 1879 году б/к для винтовки Бердана в Русской армии составлял 75, позднее был доведен до 84-х патронов) ограничивали боевые возможности винтовок, стоящих на вооружении.

Слева – 
один из прототипов трёхлинейного патрона, 
калибр 8 мм, пуля в мельхиоровой оболочке. Справа – принятый на 
вооружение штатный патрон для винтовки обр. 1891 
г.
Слева – один из прототипов
трёхлинейного патрона, калибр 8 мм,
пуля в мельхиоровой оболочке.
Справа – принятый на вооружение
штатный патрон для
винтовки обр. 1891 г.

Начинается очередной виток гонки вооружений, одновременно во многих странах идут разработки винтовок и патронов уменьшенных калибров: 7,5-9 мм. никто не хотел «остаться без стула, когда остановится музыка». Россия не была исключением, уже в марте 1885 года полковник Роговцев разрабатывает 3,15-линейный (8 мм) патрон на базе штатной «бердановской» гильзы с переобжатым до 8 мм дульцем для экспериментальных 3,15-линейных стволов, разработанных Оружейным отделом ГАУ и изготовленных в Инструментальной 2-ой мастерской Петербуржского патронного завода.

Патрон Роговцева снаряжался более мощным дымным порохом, с увеличенным содержанием селитры, и пулей в медной оболочке со свинцовым сердечником. Вес заряда пороха – 5 г, вес пули – 13,6 г. Между зарядом и пулей находилась картонная прокладка-пыж. Длина пули – 3 1/5 калибра (приблизительно 25,5 мм). Нач. скорость – 550 м/с. Патроны выпускались серийно Петербуржским Патронным заводом (первые 4 партии по 1900 патронов с различными вариантами пуль – цельносвинцовой (95% свинец, 5% олово) и в медной оболочке с сердечниками разной твердости).

Проведенные с патроном Роговцева опыты на стволах с разным шагом нарезов не выявили существенного превосходства перед штатным 4,2-линейным патроном, и в первую очередь из-за применения дымного экспериментального пороха с повышенным содержанием селитры, агрессивного по действию на металл стволов. Что, возможно, избавило Россию от «двойного перевооружения» (сначала переход на уменьшенные калибры с патронами на дымном порохе, затем – на патроны с нитропорохами), через которое прошли некоторые страны, такие как Австрия и Германия.

С принятием в 1886 году во Франции «секретной» магазинной винтовки Лебеля под 8 мм патрон на бездымном порохе, стрелковое оружие выходит на новый качественный уровень – почти вдвое увеличенная дальность «прямого» выстрела и действенного винтовочного огня на дальних дистанциях, не оставляют шансов системам на дымном порохе. В 1889 году Россия закупает винтовки Лебеля для экспериментов, что позволяет в кратчайшие сроки создать собственный ствол уменьшенного калибра (8 мм) и прототип патрона с бездымным порохом на основе «лебелевской» гильзы (за основу был взят внутренний объем гильзы), а затем и серийные «трехлинейные» патрон и ствол. В октябре 1889 года была образована «Комиссия для выработки образца малокалиберного ружья» под руководством генерал-лейтенанта Чагина, которая и занималась экспериментальными разработками.

Однозарядная трёхлинейная винтовка Мосина обр. 1890 
г. – вполне самостоятельный образец для перевооружения русской армии. 
Различия с принятой через год на вооружение «магазинкой» минимальны – 
практически осталось лишь добавить магазинную коробку…
Однозарядная трёхлинейная винтовка Мосина обр. 1890 
г. – вполне самостоятельный образец для перевооружения русской армии. 
Различия с принятой через год на вооружение «магазинкой» минимальны – 
практически осталось лишь добавить магазинную коробку…
Однозарядная трёхлинейная винтовка Мосина обр. 1890 
г. – вполне самостоятельный образец для перевооружения русской армии. 
Различия с принятой через год на вооружение «магазинкой» минимальны – 
практически осталось лишь добавить магазинную коробку…
Однозарядная трёхлинейная винтовка Мосина обр. 1890 г. – вполне
самостоятельный образец для перевооружения русской армии.
Различия с принятой через год на вооружение «магазинкой»
минимальны – практически осталось лишь добавить магазинную коробку…

Отметим, что русские стволы были изготовлены из более прочных сталей Ижевских заводов. Это увеличило ресурс по сравнению с французскими моделями (в винтовке Лебеля износ патронника был заметен уже после 200 выстрелов). Стволы имели «правый» шаг нарезов, в отличие от «левого» «лебелевского». Правый шаг был выбран по причине традиционно правого расположения штыка на русских винтовках, который, в свою очередь, действовал на пулю как газовый компенсатор, смещая ее влево действием пороховых газов относительно линии прицеливания. Этим устранялось влияние деривации. Избыточное смещение пули влево при стрельбе со штыком компенсировалось пристрелкой. «Левый» шаг нарезов дал бы еще большее «левое» смещение пули. В винтовках Лебеля деривация компенсировалась смещением мушки влево на 0,2 точки («точка» – 1 десятая линии, линия – 1 десятая дюйма), что требовало дополнительных высокоточных операций при сборке винтовки.

Выбор калибра в 3 линии был обусловлен исключительно возможностью максимально увеличить носимый боекомплект до 112 патронов, весящих, как и б/к винтовки Бердана, 84 патрона (108 трехлинейных патронов весили как 100 к винтовке Лебеля). С той же целью – не уменьшать б/к за счет излишнего веса патронных пачек (по типу винтовки Маннлихера: 1 фунт («русский» фунт – 409 г) «мертвого» груза в виде пачек на каждые 100 патронов) и отъемных магазинов (система Ли – вес одного пустого магазина 85 г) – была выбрана система Нагана с патронной обоймой и срединным магазином.

Затворы к мосинским винтовкам, параллельно 
проходившим войсковые испытания 1890-91 гг.. Вверху – к однозарядной 
винтовке, внизу – к впоследствии принятой на вооружение магазинной
Затворы к мосинским винтовкам, параллельно проходившим войсковые
испытания 1890-91 гг.. Вверху – к однозарядной винтовке,
внизу – к впоследствии принятой на вооружение магазинной

Весу оружия тогда уделялось повышенное внимание – разница в один фунт могла решить судьбу той или иной системы. Например, на вооружение русской армии в 1907 году был принят 3х-линейный карабин системы Н. Юрлова, предложенный им еще в 1896 году, менее технологичный и более дорогой по сравнению с карабином разработки Сестрорецкого завода, но более легкий как раз на фунт. Трубчатые подствольные магазины были признаны небезопасными для армейского оружия.

Таким образом, уже в 1890 году в России имелись ствол, патрон, и штык, созданный Сестрорецком оружейном заводе при участии Комиссии, а также основные тактико-технические характеристики для будущей винтовки уменьшенного калибра, выработанные трудами Комиссии и полковника Роговцева.

Комиссии Чагина было дано «высочайшее» задание – «выждать», несмотря на массовое перевооружение европейских армий малокалиберными винтовками, и найти лучшую систему, сходную технологически и конструктивно со стоящей на вооружении винтовкой Бердана, как наиболее подходящую для валового производства на отечественных оружейных заводах, что позволяло бы начать выпуск новых винтовок с наименьшими финансовыми затратами на изменение технологии, станочного парка, инструмента и оборудования.

Два винта в конструкции затвора Нагана сделали его нежизнеспособным…
Два винта в конструкции затвора Нагана сделали его нежизнеспособным…
По сравнению с затвором третьего участника испытаний –
 трёхлинейной винтовки бельгийца Леона Нагана – мосинский затвор 
оставался более простым, прочным и технологичным
По сравнению с затвором третьего участника испытаний – трёхлинейной
винтовки бельгийца Леона Нагана – мосинский затвор оставался более
простым, прочным и технологичным

Поскольку, единственная имевшаяся на тот момент малокалиберная винтовка Роговцева не выдерживала конкуренции с иностранными образцами, как и его патрон, гильза которого «не работала» с бездымным порохом, было принято решение искать подходящую магазинную систему за границей и параллельно разрабатывать в России однозарядную винтовку под существующий 3-линейный патрон и ствол. Такие винтовки и были разработаны в 1890 году: винтовка с коробкой Комиссии и затвором капитана Мосина и винтовка и с коробкой и затвором Мосина, ей и было отдано предпочтение (а также винтовка капитана Захарова, которому было поручено разработать затворную группу с вертикальным расположением боевых упоров).

То есть, с Наганом или без него, в России была бы собственная винтовка в любом случае. Об этом почему-то «забывают» упомянуть. Заводы с самого начала опытов по перевооружению перестраивались на производство винтовки капитана Мосина.

«Вследствие этого, 14-го июля 1890 г., Главная Распорядительная Комиссия постановила: впредь до испытания в войсках винтовок образца Комиссии, Кап. Мосина и Нагана, делать приспособления к изготовлению на казенных заводах однозарядных винтовок образца Комиссии, но с ложей, запирающим механизмом и замочною коробкой Капитана Мосина….

Система Нагана проиграла, место под солнцем 
заслуженно досталось отечественной конструкции. В апреле 1891 года на 
ИТОЗе была сделана первая серийная пехотная винтовка после Высочайшего 
утверждения образца для перевооружения. В 1892 году войска получили 
слегка укороченную винтовку драгунского типа
Система Нагана проиграла, место под солнцем заслуженно досталось отечественной
конструкции. В апреле 1891 года на ИТОЗе была сделана первая серийная пехотная
винтовка после Высочайшего утверждения образца для перевооружения.
В 1892 году войска получили слегка укороченную винтовку драгунского типа

…Из приведенных сведений видно, что к тому времени, когда решался вопрос о выборе системы винтовки для нашей армии, оружейные заводы должны быть подготовлены к изготовлению винтовки Кап. Мосина». Н. Юрлов, цикл статей «Обзор опытов, предшествующих перевооружению», Оружейный Сборник 1903 г. № 2.

Смета, необходимая на перевооружение русской армии винтовками уменьшенного калибра с учетом реорганизации оружейных, патронных и пороховых заводов для производства новой винтовки и бездымного пороха, а также строительство новых пороховых заводов, составила 156 500 000 рублей – гигантские по тем временам деньги. Александр III утвердил смету, рассчитанную на несколько лет, и поставил свою резолюцию: «Суммы ужасающие, но делать нечего, приступать надо!»

Очевидец событий и член Комиссии Николай Юрлов в своей статье «Обзор опытов, предшествующих перевооружению» достаточно четко дает ответ, почему была выбрана винтовка Нагана как образец для подражания.

Мосин vs Nagant

Необходимо отметить – со времени основания Комиссии в конце 1883 по март 1889 года, ею были проведены испытания 96 различных систем винтовок и магазинов, а также образцов патронов и порохов, не считая десятков рассмотренных чертежей предложенного оружия на получение российских привилегий (всего более 150 конструкций и предложений).

Мосин vs Nagant

Из винтовок, прошедших войсковые испытания или принятых на вооружение за границей, Комиссию заинтересовали две «выставленных на продажу» системы – Нагана и Маузера. Винтовки Маннлихера и Лебеля уже были достаточно изучены в России – они прошли испытания в Комиссии, и конструкции их магазинов были признаны неподходящими для применения в русской винтовке. На конкурсе в Бельгии победила винтовка Маузера и была там принята на вооружение; винтовка Нагана была второй, опередив винтовку Маннлихера. При изучении чертежей винтовок и данных испытаний, доставленных военными агентами, в Комиссии был сделан вывод, «что ружье Нагана не выдержало опытов в Бельгии по устройству ствола, системе его запирания и по устройству патрона…» Но не по магазину, который интересовал в первую очередь: в России уже и так имелась собственная винтовка пригодная для его установки.

Мосин vs 
Nagant

«Магазин в этом ружье, весьма схожий с магазином бельгийского ружья Маузера, представлял более совершенный тип по сравнению с испытывавшимися у нас ранее…

…а потому нет особенных поводов опасаться, чтобы малокалиберное ружье с усовершенствованным магазином Нагана, со стволом и патроном, выработанным в нашей Комиссии, могло быть хуже ружья Маузера, принятого в Бельгии». Н. Юрлов, «Обзор опытов, предшествующих перевооружению», Оружейный Сборник 1902 г. № 4.

Советские авторы по вполне объяснимым причинам давали слишком конъюнктурную оценку результатам конкурса – «безвестный и талантливый капитан Мосин против маститого и корыстного фабриканта Нагана», «царизм как тормоз русской оружейной мысли» и т.п.

Мосин vs Nagant

Современные «исследователи» пошли еще дальше, пытаясь убедить в «стратегических» просчетах Военного Ведомства по итогам конкурса 1890-91 годов. Причем, строя предположения на изученной по картинкам матчасти винтовок, а также на вырванных из контекста дореволюционных источников фразам, они мягко говоря лукавят, представляя историю принятия на вооружение винтовки обр. 1891 года в несколько искаженном виде.

Мы же, «вооружившись» первоисточниками и вполне реальными винтовками Нагана и Мосина, попытались сравнить их и разобраться с позиции современных пользователей в правильности выбора образца для перевооружения русской армии в 1891 году.

Все три винтовки, представленные на испытания (одна Нагана и две капитана Мосина), имели общие детали – ствол, штык, прицельные приспособления, прибор ложи, саму ложу (сходного дизайна) и трехлинейный патрон, который уже был принят на вооружение, хотя самих винтовок под него еще не существовало. (Патрон был готов уже к началу 1890 года. Снаряжался пулей в мельхиоровой оболочке и закупленным за границей Виттеренским порохом. Несколько позднее, в том же году – отечественным порохом Охтенских заводов). То есть все конкурсные винтовки имели одинаковую баллистику и основные параметры, так как проектировались по общему техническому заданию, разработанному Особыми Комиссиями.

трёхлинейная винтовка Нагана
однозарядная винтовка 
капитана Мосина
магазинная винтовка 
капитана Мосина
Участники войсковых испытаний 1890-91 гг. Сверху вниз: трёхлинейная винтовка
Нагана, однозарядная и магазинная винтовки капитана Мосина

30 декабря 1989 года царским указом наряду с Комиссией по перевооружению Чагина были вновь созданы Главная Распорядительная (председатель – военный министр Ванновский) и Исполнительная Комиссии (председатель – генерал-адъютант Софьяно) по образцу и подобию Комиссий, образованных в 1869 году для перевооружения русской армии винтовками Крынка. Положительный опыт быстрого и успешного перевооружения армии 6-лин. винтовками был вновь востребован. Комиссии сохранили прежнюю структуру и назначение: Главная Распорядительная, кроме общего руководства и контроля, отвечала за распределение финансов на весь период перевооружения, за контракты и закупки за границей (можно предположить, что и за военную разведку), делегирование и распределение своих полномочий. Исполнительная Комиссия контролировала техническую сторону перевооружения, включая НИОКР по винтовкам, порохам и патронам, а также переоснащение казенных оружейных, пороховых и патронных заводов. Общее «финансирование проекта» осуществляло Особое Совещание под председательством Действительного Тайного Советника Абазы.

При конструктивной схожести винтовок Нагана и Мосина, между ними существовала и принципиальная разница. Ко времени принятия решения о выборе Наган представил на конкурс полностью доведенную, готовую к серийному выпуску винтовку, а магазинная винтовка капитана Мосина являла собой фактически прототип, который дорабатывали вплоть до самого принятия на вооружение. Причем доработка винтовок Мосина шла не только на основе заимствований решений Нагана, но и по собственной «программе», т.к. изначально винтовки строились с разной идеологией.

Если винтовка Мосина создавалась исключительно для войны и солдата от сохи, то винтовка Нагана разрабатывалась как образец для «принятия на вооружение», т.е. для продажи в русскую армию. И надо признать, что бизнесмен Леон Наган с этой задачей почти справился, его конкурсную винтовку можно приводить в качестве примера весьма удачного маркетингового решения: столько внимания и средств затрачено на качество отделки и производство винтовок. Наган, возможно, рассчитывал на беспроигрышный вариант, на то, что: большинство причастных к конкурсу людей – это технически грамотная военная интеллигенция, которая проголосует при прочих равных за его систему просто по причине более высокого уровня исполнения его винтовки. В итоге так и произошло – мнения членов войсковых комиссий, проводивших испытания, разделились, большинством голосов (14 против 10) была выбрана винтовка Нагана.

Здесь также кроется один из мифов о «проигрыше винтовки Мосина». Войсковые Комиссии не имели нрава решать судьбу винтовок, в отличие от того же Оружейного Отдела или особых Комиссий, они лишь давали оценку систем по результатам войсковых испытаний, не касаясь технической стороны вопроса. Фактически данное голосование носило только ознакомительный характер для более высоких инстанций. По сути, на первом этапе конкурса винтовке Нагана проиграл один из первых вариантов винтовки Мосина, а из этого «исследователями» делались далеко идущие выводы о непригодности системы в целом для принятия на вооружение.

Магазинные винтовки Нагана и Мосина схожи как по 
дизайну, так и конструктивно. На фото даны конкурсная модель Нагана и 
серийная «драгунка» Мосина обр. 1891 г.
Магазинные винтовки Нагана и Мосина схожи как по 
дизайну, так и конструктивно. На фото даны конкурсная модель Нагана и 
серийная «драгунка» Мосина обр. 1891 г.
Магазинные винтовки Нагана и Мосина схожи как по 
дизайну, так и конструктивно. На фото даны конкурсная модель Нагана и 
серийная «драгунка» Мосина обр. 1891 г.
Магазинные винтовки Нагана и Мосина схожи как по 
дизайну, так и конструктивно. На фото даны конкурсная модель Нагана и 
серийная «драгунка» Мосина обр. 1891 г.
Магазинные винтовки Нагана и Мосина схожи как по дизайну, так и конструктивно.
На фото даны конкурсная модель Нагана и серийная «драгунка» Мосина обр. 1891 г.

Действительно, чисто внешне винтовка Нагана производит весьма приятное впечатление. Такой же идеальный баланс, который не нарушает пристегнутый штык, продуманный дизайн, хорошая прикладистость. Больше похожа на современную винтовку, чем на продукт дореволюционного оборонпрома. (Все винтовки, участвовавшие в нашем тесте, включая конкурсные Мосина и Нагана, имели классический «трехлинеечный» спуск – мягкий с потягом, хотя в некоторых источниках встречаются данные о «дубовом» характере спуска конкурсных винтовок).

Становится понятно, почему перед Комиссией, ГАУ, Военным Ведомством и «Главным Заказчиком» в лице Александра III стоял нелегкий выбор между великолепно исполненными винтовками Нагана и сделанными наспех к конкурсу винтовками капитана Мосина. Более плотное общение с конкурсной винтовкой Нагана, полная разборка и сборка, имитация стрельбы с подачей учебных патронов, достаточно быстро сменило эйфорию от приобщения к истории, на недоумение – Наган явно переборщил как с доведением винтовки, так и с ее конструкцией. Еще раз хотелось бы подчеркнуть, что мы оценивали винтовки с современных позиций, имея достаточный опыт как стрельбы из трехлинеек, так и зная основные «болячки» винтовки обр. 91/30.

Затворы Нагана в собранном виде. Очевидно, что нагановский затвор при внешней лёгкости и простоте 
заметно проигрывает затвору Мосина в надёжности и технологичности 
изготовления
Затвор Нагана в разобранном 
виде. Очевидно, что нагановский затвор при внешней лёгкости и простоте 
заметно проигрывает затвору Мосина в надёжности и технологичности 
изготовления
Затвор Мосина в собранном виде. Очевидно, что нагановский затвор при внешней лёгкости и простоте 
заметно проигрывает затвору Мосина в надёжности и технологичности 
изготовления
Затвор Мосина вразобранном 
виде. Очевидно, что нагановский затвор при внешней лёгкости и простоте 
заметно проигрывает затвору Мосина в надёжности и технологичности 
изготовления
Затворы Нагана и Мосина в собранном и разобранном виде. Очевидно,
что нагановский затвор при внешней лёгкости и простоте заметно
проигрывает затвору Мосина в надёжности
и технологичности изготовления

По механике винтовка Нагана полная противоположность винтовке Мосина. Восхваляемая «исследователями» нагановская затворная группа сделана с настолько малыми допусками, что заставляет работать затвором при перезаряжании с максимально возможной скоростью, иначе его банально «прикусывает». Причем «наша» винтовка Нагана прошла полный цикл войсковых испытаний в 1890-91 гг., т.е. из нее сделано более 10000 выстрелов.

Такие трюки, как открывание и закрывание затвора Мосина двумя пальцами, с затвором Нагана просто не получатся. И это в «тепличных» условиях, что было бы в условиях войны, остается только догадываться.

Извлечение затвора аналогично винтовке обр. 1891 г. Разборка самого затвора Нагана никаких проблем не вызвала, достаточно было один раз прочесть описание винтовки. Все решено просто, алгоритм разборки и сборки схож с затвором Мосина. Вместо соединительной планки Наган применил в конструкции два винта, один из которых препятствует отворачиванию боевой личинки, другой – курка. Для каждой разборки и сборки затвора винты необходимо выкручивать и закручивать. Решение спорное для военного оружия – затвор чистят практически каждый день, за пару лет службы в войсках «заботливые» солдатские руки и коррозия могут угробить стальной лом, а не то что потерять или свернуть два маленьких винтика. Способность к самоотворачиванию винтов и необъяснимо тугое открывание затвора Нагана было отнесено Комиссиями к недостаткам конструкции винтовки.

Затвор Нагана также претерпел изменения под влиянием 
конструкции Мосина и идей Комиссии – отдельная боевая личинка с двумя 
боевыми упорами и курок «русского» типа. Фирменное решение Нагана 
осталось в виде прилива на стебле затвора для взаимодействия с отсечкой
Затвор Нагана также претерпел изменения под влиянием конструкции
Мосина и идей Комиссии – отдельная боевая личинка с двумя
боевыми упорами и курок «русского» типа. Фирменное решение
Нагана осталось в виде прилива на стебле затвора
для взаимодействия с отсечкой

С одной стороны, затвор Нагана внешне легче и проще затвора Мосина, с другой – однозначно надежность и технологичность затвора Мосина на порядок выше. Достаточно посмотреть на конструкцию предохранителя Нагана – крохотный прилив на стебле затвора, с которым взаимодействует рычаг предохранителя, блокируя затвор в запертом положении, совершенно не тянет на нечто совершенное, технологичное и ремонтопригодное. Кстати, при нашем общении с винтовкой Нагана произошел малопонятный и неожиданный «глюк» – винтовка вдруг отказалась работать, затвор остался в закрытом положении. Понадобилось несколько минут, чтобы разобраться с неисправностью. Оказалось, рычаг предохранителя, случайно задетый рукой, включил предохранитель и полностью заблокировал затвор, при этом визуально оставался в выключенном положении. Предохранитель на затворе Мосина пусть и не самый лучший, но тем не менее прост и надежен, как адмиралтейский якорь, и, что важно, его «поломка» по причине износа никак не сказывается на боевых качествах трехлинейки.

Про магазин Нагана трудно что-либо сказать, кроме того, что он сложнее магазина Мосина, выполнен на высоком уровне, как и вся винтовка в целом, исправно заряжается из обоймы и подает патроны с тупоконечной пулей. За несколько холостых циклов перезарядки сложно выявить какие-либо неисправности или особенности данного магазина.

Предохранитель винтовки Нагана во включенном положении
Предохранитель винтовки Нагана во включенном положении
Предохранитель винтовки Нагана в выключенном положении
Предохранитель винтовки Нагана в выключенном положении
Предохранитель Мосина (курок затвора в 
положении «предохранитель включён, затвор заблокирован»)
Предохранитель Мосина (курок затвора в положении
«предохранитель включён, затвор заблокирован»)

Отсечка Нагана выполнена полностью фрезерованной и ни в какое сравнение с отсечкой-отражателем Мосина не идет. Если нас всегда убеждали, что отсечка-отражатель Мосина является «дорогим продуктом царских технологий», снимать которую при разборке возможно только под наблюдением унтер-офицера (а зачем тогда нужны унтера, сержанты и вообще младшие командиры), то, что говорить про отсечку Нагана, которую действительно снимать без присутствия оружейного мастера не стоит.

Разборка винтовки Нагана и снятие магазина аналогично винтовке Мосина. Магазин вмещает также четыре патрона при досланном в ствол пятом, т.е. по формуле:4+1. (При досыле патронов из обоймы в магазин, верхний патрон встает на линию досылания и при закрывании затвора «автоматически» попадает в патронник. Пять патронов магазин не вмещает. При караульной службе с трехлинейной винтовкой/карабином, при необходимости несения службы без патрона в патроннике, один патрон вынимался из обоймы, в магазин заряжалось четыре патрона, и после надавливания пальцем на верхний патрон затвор закрывался. Патронник оставался пустым, пятый патрон и обойма хранились в подсумке).

По итогам конкурсных войсковых испытаний сравнение магазинов винтовок Мосина и Нагана было не в пользу системы Нагана. Статистика не подвержена эмоциям: 217 задержек в действиях магазинов при стрельбе из винтовок Мосина – это втрое меньше, чем из винтовок Нагана (557). То есть, учитывая, что шел поиск и разработка именно магазинной винтовки, система Нагана явно проиграла системе Мосина по конструкции магазина.

Как известно, конструкция магазина Мосина 
основывалась на системе магазина Нагана, но фактически представляла 
собой самостоятельную систему… Так или иначе, оба образца одинаково 
удобно заряжаются из обоймы. Особых проблем в подаче патрона с 
тупоконечной пулей не наблюдалось
Как известно, конструкция магазина Мосина 
основывалась на системе магазина Нагана, но фактически представляла 
собой самостоятельную систему… Так или иначе, оба образца одинаково 
удобно заряжаются из обоймы. Особых проблем в подаче патрона с 
тупоконечной пулей не наблюдалось
Как известно, конструкция магазина Мосина 
основывалась на системе магазина Нагана, но фактически представляла 
собой самостоятельную систему… Так или иначе, оба образца одинаково 
удобно заряжаются из обоймы. Особых проблем в подаче патрона с 
тупоконечной пулей не наблюдалось
Как известно, конструкция магазина Мосина 
основывалась на системе магазина Нагана, но фактически представляла 
собой самостоятельную систему… Так или иначе, оба образца одинаково 
удобно заряжаются из обоймы. Особых проблем в подаче патрона с 
тупоконечной пулей не наблюдалось
Как известно, конструкция магазина Мосина 
основывалась на системе магазина Нагана, но фактически представляла 
собой самостоятельную систему… Так или иначе, оба образца одинаково 
удобно заряжаются из обоймы. Особых проблем в подаче патрона с 
тупоконечной пулей не наблюдалось
Как известно, конструкция магазина Мосина 
основывалась на системе магазина Нагана, но фактически представляла 
собой самостоятельную систему… Так или иначе, оба образца одинаково 
удобно заряжаются из обоймы. Особых проблем в подаче патрона с 
тупоконечной пулей не наблюдалось
Как известно, конструкция магазина Мосина основывалась на системе
магазина Нагана, но фактически представляла собой
самостоятельную систему…
Так или иначе, оба образца одинаково удобно заряжаются из обоймы.
Особых проблем в подаче патрона с тупоконечной пулей не наблюдалось

«Принимая во внимание, что представленные капитаном Мосиным на опыты ружья и обоймы изготовлены были при условиях крайне неблагоприятных и вследствие того очень неточно, ружья же и обоймы Нагана, напротив того, оказались изготовленными изумительно точно, генерал-лейтенант Чебышев не нашел возможным согласиться с заключением, что обе испытанные системы одинаково хороши. По его мнению, в виду изложенных обстоятельств, система капитана Мосина имела громадное преимущество» (Оружейный Сборник № 1 1903 г. Н. Юрлов, «Обзор опытов предшествующих перевооружению»). Достаточно простое и ясное объяснение причины выбора именно винтовки Мосина, а не Нагана.

В нашем случае классическим примером унификации и продуманной конструкции трехлинейной винтовки стала представленная на снимках драгунская винтовка 1894 года выпуска. Оказалось, что на ней магазин и затвор не «родные», а сделаны на Ижевских заводах во время Великой Отечественной войны, через 50 лет после выпуска самой винтовки. Кто и зачем сделал замену, история, к сожалению, умалчивает, но при этой замене винтовка осталась полностью работоспособной.

Поднимая тему магазинов конкурсных винтовок, нельзя обойти вниманием русский трехлинейный патрон – вечную тему для разного рода «исследований».

Разница в конструктивном исполнении отсечки патронов нагановской и мосинской систем видна невооружённым взглядом
Разница в конструктивном исполнении отсечки патронов нагановской и мосинской систем видна невооружённым взглядом
Разница в конструктивном исполнении отсечки патронов
нагановской и мосинской систем видна невооружённым взглядом

О «недостатках» трехлинейного патрона не писал только ленивый, причем в основном все сводилось к эмоциям по поводу гильзы с закраиной, якобы устаревшей еще до принятия на вооружение.

Наивно было бы полагать, что в России не рассматривали в качестве альтернативы патроны без закраины, еще в 1888 году Особой Комиссии была предложена винтовка Кеминга и к ней патрон «швейцарского» типа. Винтовка «не пошла» уже на уровне чертежей, а вот конструкция безфланцевых патронов была оценена положительно – «вследствие отсутствия закраины особенно выгодны для уютности магазина и его исправного действия». Но тем не менее Комиссия вынесла и другой вердикт – отсутствие закраины на шляпке должно было затруднить вынимание патронов из патронной сумки (Оружейный Сборник № 2, 1901 г.).

То есть уже на уровне разработки тактико-технических характеристик будущей магазинной винтовки Комиссией учитывался войсковой опыт эксплуатации 4,2-линейной винтовки Бердана № 2, закладывалась возможность высокоскоростной однозарядной стрельбы и удобство заряжания трехлинейной винтовки «по одному» при любых боевых, погодных и климатических условиях, где русскому солдату пришлось бы действовать как в условиях пустыни, так и по пояс в снегу, заряжая винтовку скрюченными на морозе пальцами.

По скорострельности винтовки Мосина и Нагана были равными в условиях полигона – 25 выстрелов в минуту при однозарядной стрельбе и 45-47 – при обойменном заряжании. В любом случае, даже со сломанным или разбитым магазином, трехлинейная винтовка оставалась полноценным боевым оружием, т.к. одинаково удобно заряжалась как из магазина, так и простым забрасыванием патрона в окно ствольной коробки с последующим его досыланием затвором в патронник. Горы солдатских трупов по причине отказа магазинов на трехлинейках оставим на совести «исследователей».

Для нормальной подачи патронов не имеет значения, каким способом заряжать винтовки – из обоймы…
Для нормальной подачи патронов не имеет значения,
каким способом заряжать винтовки – из обоймы…
…или по одному
…или по одному

«Прямая» подача была отработана на однозарядных винтовках Комиссии и капитана Мосина, который предложил и реализовал более простой вариант решения для направления патрона на линию досылания из ствольной коробки в патронник: скос на обрезе казенной части ствола вместо варианта Комиссии – пружинной направляющей. (На винтовках выпуска времен Великой Отечественной войны пенек делали прямым для упрощения производства, и винтовку приходилось заряжать «по одному» с вкладыванием патрона в магазин, т.к. при «прямой» подаче происходит утыкание патрона в обрез казенника).

По окончании конкурса и подключения к обсуждению «тяжеловесов» в лице Инспектора оружейных и патронных заводов генерала Бестужева-Рюмина и Заслуженного ординарного профессора Михайловской Артиллерийской Академии генерал-лейтенанта Чебышева, которые высказали свое положительное мнение о винтовке Мосина, Оружейный Отдел ГАУ вынес свое знаменитое решение: «пачечные ружья иностранца Нагана сравнительно с такими же кап. Мосина представляют собой механизм более сложный для выделки, и сама стоимость каждого экземпляра ружья несомненно увеличится» (Оружейный Сборник № 1, 1903 г.).

Это заключение выражалось также и в реальных цифрах. В случае принятия винтовки Нагана, в условиях отставания России в гонке вооружений от стран Европы, понадобилось бы 3-4 месяца только на организацию валового производства совершенно незнакомого образца винтовки (вместо уже готовых к производству трехлинейки оружейных заводов). По самым скромным подсчетам, принятие системы Нагана «давало» от двух до четырех миллионов рублей золотом дополнительных издержек на первый миллион вынущенных винтовок.

Современники отмечали, что именно при военном министре Ванновском перевооружение было проведено с наибольшей экономической эффективностью и наименьшими затратами. Сумма, требуемая на перевооружение одного русского солдата, в среднем составляла около 12 рублей, что было наименьшим показателем среди армий Европы.

Ввиду того, что система Мосина имела громадное преимущество перед системой Нагана, она и была рекомендована к принятию на вооружение. Ванновский вынес резолюцию: «Согласен и я, но решение сего важного вопроса зависит от благоусмотрения Государя Императора. В изготовляемом новом образце имеются части, предложенные полковником Роговцевым, комиссией генерал-лейтенанта Чагина, капитаном Мосиным и оружейником Наганом, так что целесообразно дать выработанному образцу наименование: русская 3-лин. винтовка образца 1891 года».

(Начало. Окончание в статье «Мосин vs Nagant. История русской винтовки (Часть II)»)

Сергей Челноков
МАСТЕРРУЖЬЕ

  • Статьи » Винтовки / Карабины
  • Mercenary1560

Комментарии

ВНИМАНИЕ!
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи
Форма входа на сайт
Пароль