Арсенал

В нашумевшем фильме Квентина Тарантино «Бесславные ублюдки» герои используют довольно неожиданное оружие — стреляющую перчатку. Необычный девайс отнюдь не выдумка режиссера, а реально созданное американцами в годы ВМВ изделие под наименованием Sedgley Hand Firing Mechanism Mk 2. Причем, если бы вы взяли его в руки, то смогли бы прочитать, что создана огнестрельная перчатка по заказу ВМФ США.

На тихоокеанском театре военных действий проводились локальные столкновения на небольших изолированных островах. При этом одни и те же подразделения могли вести бои и в тропических джунглях, и на замерших пустошах. При этом войска имели стандартное пехотное оружие, которое порой не соответствовало сложившейся специфике военных действий.

Изобретателю Александру Шевченко, работавшему в ТВАИУ и БГТУ, удалось наладить сотрудничество с Н.Ф. Макаровым, Г.Н. Никоновым, М.Т. Калашниковым и другими известными оружейниками. Наиболее известными работами Шевченко являются двухсредный автомат «Морской лев» и модульный пистолет-пулемеёт «Гепард».

В 1946 году, после окончания Великой Отечественной войны, приказом Народного комиссариата вооружения СССР в Туле было создано первое специальное конструкторское бюро по проектированию спортивного оружия. С этого момента в советских КБ началась разработка целевых боеприпасов и оружия для мастеров точного выстрела.

В советских художественных фильмах о начальном периоде Великой Отечественной войны очень часто запредельной эффективностью обладают противотанковые ружья Симонова и Дегтярёва. Если же кинематографисты — причём не только отечественные — показывают конец войны, то ещё больший эффект имеют немецкие фаустпатроны. Один выстрел — один танк, и не иначе, причём с невероятных дистанций.

Идея маскировать огнестрельное оружие под мелкие бытовые предметы и аксессуары родилась далеко не вчера. Настоящий бум компактного, незаметного с первого взгляда оружия «последнего шанса», как считается, пришелся на позапрошлое столетие, когда как грибы после дождя стали появляться стреляющие трости, часы, портсигары и тому подобные смертоносные диковинки.
В середине XIX века настал черед и для колец.

«Короче и легче, но с большей огневой мощью». Это стало девизом развития ручного стрелкового оружия на протяжении всего ХХ столетия. Давайте рассмотрим это утверждение на примере одних из самых массовых моделей штатного пехотного оружия времен Второй мировой войны: американского самозарядного карабина M1 Carbine и немецкой штурмовой винтовки Sturmgewehr 44 (StG44).

Производственные возможности Финляндии не позволяли ей развернуть производство даже противотанковых пушек, не говоря уже о собственных танках. Хорошие 37-мм пушки были в соседней Швеции, но фирма «Бофорс» благотворительностью не занималась. В этих условиях разработка более лёгкого противотанкового вооружения выглядела разумной мерой: стрелковое оружие финны делать могли.

Первые многоствольные оружейные системы в СССР разрабатывались в качестве оружия шквального огня. Позже такой способ стал рассматриваться как вариант повышения эффективности и улучшения кучности при стрельбе из штатного стрелкового оружия.

В 1953 году, в разгар Холодной войны, в Военно-морском флоте СССР были сформированы пять разведывательных пунктов специального назначения, однако на вооружении боевых пловцов не было подводного стрелкового оружия.
Вскоре в ЦНИИТОЧМАШ закипела работа над одними из самых уникальных советских разработок.

В середине 1960-х годов инженеры НИИ-61 разработали пулеметно-винтовочный патрон с оперенной подкалиберной пулей. Среди особенностей боеприпаса следует выделить низкий импульс, маленькую массу, высокую скорость.

В 1990-е гг. «Ижмаш», как и вся страна, оказался в кризисной ситуации. Оборонный заказ на производство стрелкового оружия снизился, и нужно было адаптироваться к условиям рыночной экономики. Период 1990–2000-х гг. был одним из самых тяжелых в истории завода.

В годы Первой Мировой британцы стали создателями нового типа боевой техники — танков. При этом вопросам противотанковой обороны внимания было уделено значительно меньше, просто ввиду отсутствия в значимых количествах аналогичных немецких машин. В межвоенный период стало очевидно, что у противников британской пехоты могут найтись и свои танки, причём в немалых количествах. Англичанам пришлось решать этот вопрос.