Арсенал

Многие образцы вооружения агентов в детективах, мемуарах и кинематографе оказываются всего лишь фантазией. Но в ряде случаев авторы детективов и боевиков отталкивались от реально существовавших образцов.
К примеру, в основе ряда приспособлений, мелькавших в фильмах «бондианы», лежали реальные разработки Чарльза Фрейзер-Смита для службы MI-6.

Об истории создания бесшумного автомата АС «Вал» уже рассказывалось в одной из наших публикаций, там же кратко упоминалось о создании на его базе малогабаритного автомата СР-3 «Вихрь». Между тем, кроме «Вихря», существует и ещё один компактный образец климовской разработки — СР-2 «Вереск».
Об этих двух видах оружия и пойдёт речь.

В советских художественных фильмах о начальном периоде Великой Отечественной войны очень часто запредельной эффективностью обладают противотанковые ружья Симонова и Дегтярёва. Если же кинематографисты — причём не только отечественные — показывают конец войны, то ещё больший эффект имеют немецкие фаустпатроны. Один выстрел — один танк, и не иначе, причём с невероятных дистанций.

Из-за массовости «фаустпатронов» их название в Красной армии фактически стало именем нарицательным для всех немецких противотанковых средств пехоты с кумулятивной боевой частью. Между тем промышленность нацистской Германии производила и другие противотанковые системы для пехоты, куда более интересные и опасные, чем «фаусты».

В 1942 году в США начались работы над проектом Stinger («Жало»). Новое оружие предназначалось для шпионов, диверсантов, а также для партизан, действующих на оккупированных немцами европейских территориях.

На тихоокеанском театре военных действий проводились локальные столкновения на небольших изолированных островах. При этом одни и те же подразделения могли вести бои и в тропических джунглях, и на замерших пустошах. При этом войска имели стандартное пехотное оружие, которое порой не соответствовало сложившейся специфике военных действий.

В середине 1960-х годов инженеры НИИ-61 разработали пулеметно-винтовочный патрон с оперенной подкалиберной пулей. Среди особенностей боеприпаса следует выделить низкий импульс, маленькую массу, высокую скорость.

Изобретателю Александру Шевченко, работавшему в ТВАИУ и БГТУ, удалось наладить сотрудничество с Н.Ф. Макаровым, Г.Н. Никоновым, М.Т. Калашниковым и другими известными оружейниками. Наиболее известными работами Шевченко являются двухсредный автомат «Морской лев» и модульный пистолет-пулемеёт «Гепард».

Производственные возможности Финляндии не позволяли ей развернуть производство даже противотанковых пушек, не говоря уже о собственных танках. Хорошие 37-мм пушки были в соседней Швеции, но фирма «Бофорс» благотворительностью не занималась. В этих условиях разработка более лёгкого противотанкового вооружения выглядела разумной мерой: стрелковое оружие финны делать могли.

В 1949 году на Научно-исследовательском полигоне стрелкового и миномётного вооружения (НИПСВМО) прошла серия испытаний опытного чешского гранатомёта, в советских документах обозначенного как «динамореактивный гранатомет Р-1». Как следовало из описания, гранатомет представлял собой гладкостенную трубу калибра 80,85 мм с поршневым затвором, имевшим четыре секторных отверстия.

К началу Второй мировой войны вермахт имел на вооружении сразу несколько моделей достаточно удачных противотанковых ружей. Но процесс дальнейшего развития противотанковых средств немецкой пехоты на этом вовсе не затормозился — ведь и броня танков настоящих и будущих противников Третьего рейха становилась всё толще.

К 1944 году, когда Красная армия погнала врага назад и столкнулась со следами чудовищных военных преступлений, совершенных на оккупированных территориях. Установился стереотип «пленный эсэсовец — мертвый эсэсовец», который серьезно влиял на престиж и моральный дух солдат с черепом на кокарде. В связи с этим шеф корпуса СС Генрих Гиммлер всерьез озадачился проблемой «оружия второго шанса».

Если чешские противотанковые ружья, о которых рассказывалось в прошлой статье цикла, достались немцам вместе с их создателями после оккупации, то продукцию ещё одной европейской страны вермахт получал несколько иным путём. Впрочем, когда речь заходит о продукции швейцарских оружейников, то вопросы «кто заказал, кто произвёл и кому продали» часто не находят простых ответов.